Перейти к содержимому

Посмотри вверх

Рассказ о надвигающемся океане, о любви и об умирающих богах старого, уходящего в прошлое мира. 18+

Посмотри вверх. Знаешь, а ведь там, далеко-далеко, на лиловой верхушке облака, похожего на дом, сидит То и смотрит вниз, на тебя, холодными и синими глазами, в которых никогда не стихает буря чувств. И кто знает, что придет ему, одинокому божку в голову, пока ты, задрав голову смотришь на его облако. Берегись, живущий. Берегись.

Янг стряхивал пепел с сигареты и ветер тут же уносил его в небо, а под ногами лежал еще один город. Далеко внизу, тяжелый, плоский и прилипший к земле, как упавшая капля. Янг, стоя в оконном пролете недостроенного небоскреба, презрительно усмехнулся и посмотрел вверх. Тяжелое и плоское небо накрывало такую же плоскую землю и Янгу казалось, что еще мгновение, и они раздавят его.
Янг выпустил из пальцев сигарету. Рассыпая искры та полетела вниз, все глубже и глубже проваливаясь в городские сумерки, пока не исчезла.
- Ты правда хочешь прыгнуть? - раздался голос за спиной. Янг вздрогнул и обернулся.
Он стоял, засунув руки в карманы потертых джинсов. На голой его груди на шнурках и бусах висели колбочки, сухие шишки, амулеты, гайки, камешки, перья и прочий хлам. Худой, высокий, с выгоревшими, спутанными волосами и обычным, загорелым и молодым лицом. Только глаза - холодные и синие, как будто были взяты с другого лица. Или из другого мира.
- С чего ты взял? - спросил Янг с неприязнью. - Я похож на идиота?
- Немного, - синеглазый улыбнулся.
- Так, - Янг нахмурился, - давай, вали отсюда. Я тебя не звал.
- Звал, вообще-то, - не согласился синеглазый, - но не суть. Я все равно останусь.
- Эй, хиппи, не надо меня злить. Могу заодно и тебя скинуть. Не страшно?
- Ни капельки, - синеглазый достал сплющенную пачку сигарет из заднего кармана джинсов. Он деловито огляделся и поднял с бетонного пола кем-то оброненную дешевую зажигалку, которая, похоже, лежала здесь все время и ждала этого синеглазого чудика. - Ну, - он прикурил и выдохнул в Янга густой клуб дыма, - что тебя сюда привело?
Янг, зло щурясь, оглядел синеглазого с головы до ног и, отвернувшись, посмотрел снова вниз, на город.
- Значит ты не прыгать собираешься? - спросил синеглазый. Он бесцеремонно подошел и встал рядом с Янгом в пустом проеме окна.
- Ты меня скоро доведешь до того, что самому придется прыгать. - мрачно сказал Янг. - Тебе какого хера надо? Бомжуй отсюда на другой этаж и торчи там.
- Там нечего делать… На пятом нарики курицу жарят, но с ними скучно. На девятом в шахте лифта труп застрял, но он давно уже не представляет интереса. А в остальном - в доме даже крыс нет.
Янг покосился на странного собеседника и подумал, что с головой у того однозначно не все хорошо. Но это значения не имело.
- А здесь, значит, тебе есть чего делать? - скептически выгнув бровь спросил Янг.
- Ты же меня звал. Видимо - есть.
- Да не звал я тебя, укурок!
Синеглазый звонко и весело рассмеялся.
- Всегда меня этот момент смешит, - пояснил он, утирая слезы. - Вот скажи мне, что же ты здесь делаешь?
- Стою, - мрачно сказал Янг, засунул руки в карманы и развернулся к синеглазому. - Бешусь от твоего присутствия и разглядываю твою гнусную рожу.
- Ойой, прям таки и гнусную, - фыркнул “хиппи”. - И тоже мне ответ. Ты скажи а за каким фигом ты этим всем занимаешься?
- Хочу и занимаюсь, - закипая, ответил Янг.
Синеглазый покосился на него, усмехнулся и сел в оконном проеме, свесив ноги вниз. Наклонившись вперед, он посмотрел на загорающийся в сумерках город.
- Тут этажей двадцать, наверное? И ты пешком сюда приперся просто на город посмотреть? - спросил он.
Янг презрительно скосил на него взгляд, достал портсигар и закурил.
- Не хочешь разговаривать? - спросил синеглазый. Янг не ответил, глядя вперед. Игнорируя. “Хиппи” обиделся. Посмотрел зло и отвернулся. - Свинья ты, Рыжий, - сказал он Янгу.
Разгоняя темноту, город разгорался огнями. Янгу не нравился этот город, он напоминал ему большое и голодное пятно жадности, которое ничем уже не оттереть от земной поверхности.
Мигая огоньком, летел куда-то самолет. Вдалеке в черноте терялся океан.
Янг стряхнул в небо пепел, затянулся и шагнул вперед.
 
А уровень океана с каждым годом становился все выше. Где-то, новые, чистые от грязной энергии, выхлопов и яда испоганенной земли, скользили по водной поверхности новые города, питающиеся от солнца, окруженные многоярусными зелеными фермами. Но Рыжего туда никто бы не пустил. А если бы и пустили, он, в черной свой кожаной куртке, в черном коконе своей кармы, пыльной как косуха байкера, стоял бы грязным столбом посреди зеленой лужайки и стал бы со временем уродливым, бетонным памятником старому, загибающемуся миру.
Города карабкались на Кордильеры, каждый год оставляя под водой многоярусные районы новых еще домов. Люди работали в городах лишь на то, чтобы оплатить строительство новых своих жилищ, спеша, глядя как в соседнем квартале уже шумит между наспех построенных домов прибой, а дети прыгают через мелкие волны и подбирают на асфальте маленьких розовых крабов. Рыжий уходил с тем, прошлым миром, в котором была еще надежда, который еще казался юным совсем недавно, до того как Природа решила за всех. И понимать это, видеть, как уходит все, что было знакомо и составляло часть жизни и истории, оказалось мучительным, как истощение, как жажда, не имеющая возможности быть утоленной. Рыжий прятался, изощренно выбирая способы и места, но все равно этот страх, это умирание настигали его, просачиваясь через любые маски, через все возможные заблуждения и самообманы.
- Почему ты всегда выбираешь такие грязные способы? - спросил синеглазый. Он снова курил, сидя рядом.
Рыжий приподнялся на руках. Плита под ним надломилась посередине. Он лежал теперь на крыше пристроенного к многоэтажке магазина. Заброшенного, как и все недостроенное здание. Застонав, Рыжий перевернулся на спину и дрожащей рукой нащупал портсигар в кармане куртки, но синеглазый, опередив, заботливо протянул ему уже зажженную сигарету и вложил в губы.
- А почему ты всегда лезешь не в свое дело? - хрипло спросил Рыжий, закрыл глаза и затянулся.
- Тяжело? - сочувственно спросил синеглазый.
- А ты как думаешь? - Рыжий фыркнул.
- Ты бы какие-нибудь предохранители что ли придумал, - синеглазый погладил Рыжего по щеке пальцем. Тот не дернулся и не отстранился.
- Не получается, - ответил Рыжий сипло. - Не работает. Всегда находится повод, что у бродяги, что у музыканта, что у семьянина-стоматолога, что у главы корпорации, потрахивающего ежедневно красавицу секретаршу. Всегда находится причина.
- Так может перестать притворяться? - спросил синеглазый с сочувствием.
- И что делать? Сидеть и ждать смерти?
Синеглазый рассмеялся.
- До смерти нам еще не одно десятилетие, дурень. В нашем распоряжении уйма настоящего, прежде чем наступит то самое будущее, в котором уже не будет нам места. И то, - синеглазый поднял палец, - не обязательно. Вдруг новый мир нас примет. Хоть как безобидных паразитов, хоть как прыщик на своей идеальной поверхности.
- И как ты предлагаешь проводить настоящее в ожидании этого дивного будущего? - спросил язвительно Рыжий.
Синеглазый наклонился к нему и поцеловал в губы. Рыжий мотнул головой и синеглазый с досадой отстранился.
- Ты ничего опять не понял, Рыжий, - сказал “хиппи” печально. - Не надо ждать. Зачем ты ждешь? Чего ты ждешь? Живи и все. Пойдем вот полетаем? Посмотрим, что нового вышло из фильмов. Смотаемся давай в Пиренеи, там повылезали я слышал вампиры из затопленных пещер и пытаются вот как ты ассимилироваться. Выходит у них хреново.
Рыжий рассмеялся хрипло.
- Какой ты странный, То. Откуда ты берешь все эти мелочи, все эти глупости, которыми ты забиваешь себе существование? Вампиров этих, фильмы…
- Еще виртуальная реальность. Вышла новая игра по “Иным мирам”. И ты будешь полным дебилом, если ее не попробуешь, - добавил То.
- Да, и вымышленные реальности, - затянулся и хрипло продолжил Рыжий, - выпивку, моду…
- Новые мотоциклы, - добавил То.
- Гаджеты, игры, модные кафе…
- И секс, - сказал То и снова потянулся Рыжего поцеловать. Тот промычал что-то. То отстал, но положил теплую ладонь Рыжему на грудь и сказал, наклонившись к его уху. - Ты не прав, что высмеиваешь это все. Это же и есть жизнь! А ты презираешь все эти мелочи, потому что ими живут короткоживущие люди, но ты сам ничего не делаешь и не создаешь. Чем кроме этого ты можешь еще жить? Своими суицидальными мыслями?
- Предлагаешь трахаться и кутить до самой смерти?
- Половина смертных за такую жизнь бы отдали душу, - рассмеялся То. - Конечно предлагаю! И еще предлагаю творить, изучать…
- Что изучать? - удивленно спросил Рыжий.
- Все изучать. Ты большей половины всего в мире не знаешь. А еще предлагаю путешествовать, знакомиться и любить.
- Это кого это любить? - фыркнул Рыжий.
- А кого хочешь?
- Никого не хочу.
- А зря! - воскликнул То. - Тут несколько миллиардов людей и многих из них можно любить. Не хочешь людей - есть вот вампиры в Пиренеях. Ну, если и вампиры не по сердцу, люби меня.
- Это за что это? - ехидно спросил Рыжий.
- Любят не за что-то, - обиделся То, - любят вопреки.
- А! - понимающе протянул Рыжий и сел, - тогда у меня поводов масса. Знаешь что? - кряхтя Рыжий поднялся и отряхнул кожаные штаны, лопнувшие по бедру, - а шел бы ты лесом, хиппи. Нафиг, точнее.
Щелчком пальца отправив сигарету в полет, Рыжий, прихрамывая подошел, к краю крыши, спрыгнул и направился в город.
 
Небо клубилось. Столбы смерчей гуляли по горизонту, а здесь еще была тишина. Вис курил, глядя в окно. Галстук он бросил поверх пиджака на кресло, рубашку расстегнул и все равно было жарко. Свет моргнул и потух. По небу прокатился гром.
- Вис, - Тэя вошла в комнату, - гроза будет. Надо окна закрыть на чердаке, а я одна боюсь.
- Боишься одна? - переспросил Вис задумчиво.
- Да. Когда гроза, - Тея подошла сзади и обняла за плечи.
- Когда зимой снова пойдут ураганы, - сказал Вис, глядя в лиловое небо, - езжай к сестре. Переждете там, отдохнете, пообщаетесь…
- А ты? - Тея встревожилась, потянулась и поцеловала Виса в ухо, крепко обнимая сзади. - Ты меня пугаешь, Вис. Я не хотела эту тему поднимать, но мне хочется понимать… Что говорит твой врач о твоей депрессии? Тебе хоть что-то из того, что он тебе выписывает помогает?
Вис улыбнулся криво, молча, затем уголок губ дернулся вниз и получилась неприятная гримаса. Но Тея этого к счастью не видела.
- Надеюсь, поможет, - ответил Вис. - Надеюсь, поможет.
Тея обхватила Виса за пояс и положила голову ему на плечо.
- Все будет хорошо. Давай, как пройдут ураганы, поедем на Колорадо? Покатаемся на водных лыжах. Я так давно не была на островах. Там снова разрешили не носить купальники на пляжах, слышал? С властями архипелага вроде как долго судились граждане из-за этого их ханжества с запретом купаться без купальников. Средневековье какое-то… - Тея фыркнула и поцеловала Виса в шею сзади, прямо над воротничком.
Вис вздрогнул.
- Щекотно, - он дернул рукой, попытавшись ослабить давно расстегнутый ворот. Стало сложно дышать.
- Ты горячий, - Тея положила прохладную ладонь на лоб Виса и напряглась. - Вис, у тебя жар! - Она попробовала развернуть его к себе лицом, но он крепко взял ее за руки.
- Я хочу, чтобы ты знала, - хрипло сказал Вис, - что это я оказался испорчен. Что-то во мне не так и я даже толком не могу понять что. Врач не может понять, психотерапевт не может… И ты ни в чем не виновата, даже не вздумай себя винить.
- Вис! - вскрикнула Тея, забилась и вырвалась, - что ты с собой сделал?! - она дернула его за руку и его колени подкосились. Дышать стало больно и он закашлявшись, повалился на пол, держась за грудь.
- Вис! - Тея упала рядом на колени и зарыдала. - Я вызову врача, - она выхватила телефон и началась громко, всхлипывая материться на него. Во время гроз всегда пропадала сеть.
- Тея, - Вис схватил ее за руку, сжал крепко, вероятно до боли, и потянул к себе. Губы внезапно начали плохо слушаться.
- Вис, зачем? За что, Вис? Почему? Вис, я тебя люблю, пожалуйста, Вис! - она плакала и говорила, сквозь рыдания, то тормоша его, то гладя, но встряхивая, то пытаясь уложить как учили на курсах оказания первой помощи.
- Тея, прости. Я тебя люблю, - хрипло прошептал Вис.
- Тогда останься со мной! Почему тогда не остался?! - всхлипнув спросила она, но Вис не ответил. Он дернулся, из его рта потекла розовая пена. С невнятным криком Тея упала на пол, накрыла голову руками и забилась в рыданиях.
Но вскоре, последний раз громко вскрикнув от внутренней боли, она затихла и села. Вис лежал криво, в неестественной, уродливой позе. Тея вытерла слезы с лица и посмотрела на Виса синими-синими глазами.
- Ты эгоистичный мудак, Рыжий, - произнесла она с издевкой, поправила ремешок босоножки и встала. Взяв со стола бутылку с чем-то крепким, она приложилась к горлышку и побрела, напевая что-то, к двери.
 
Ночь шелестела над домом ветками деревьев. Шел дождь, уже неделю не унимаясь. Роз лежал и смотрел в потолок. Что-то, что следовало за ним всю его недолгую жизнь, почти догнало его. Эта холодная безысходная тоска, от которой он прятался изо всех сил и которая возвращалась к нему раз за разом. Она снова была здесь и она не хотела уходить. Было так тихо внутри, тускло, пусто. И чувство это разрасталось, превращая внутренний мир в постоянно расширяющийся вакуум, разреженное ничто.
Лицейское общежитие было двухэтажным. Да и вообще на всем острове не было здания выше четырех этажей. Роз уже думал “как”. Ему не нравилась большая часть из известных способов. Ему нравилась высота. А значит надо ехать на утес.
Роз опустил руку и дотронулся до собранной сумки.
Как только Бар вернется и заснет крепко, можно будет выйти. Письмо Роз уже написал: “Бар, прости меня, я не раз говорил тебе, как ты мне дорог, но…”
Дверь скрипнула, щелкнул ключ и на пороге возник темный силуэт. На цыпочках Бар вошел в комнату, закрыл за собой дверь и принялся раздеваться. Что-то в нем было сегодня не так, как обычно. Роз все никак не мог понять что. Он думал был притвориться, что спит, но не смог.
- Я не сплю, - шепнул он.
- А… - сказал Бар, - хорошо, не хотел тебя будить.
И в голосе его что-то было не так. Роз сел в кровати.
- Бар, что случилось.
Бар стянул штаны и рубашку, бросил их у своей кровати и залез под одеяло. Роз услышал вздох.
- Я… - хрипло сказал Бар. - У меня нашли болезнь Куртера.
Роз помедлил, пытаясь осознать что это может значить.
- Это опасно?
- Это смертельно, - сказал Бар спокойно. - И быстро. Врач сказал около пары месяцев и придется ложиться в больницу. И, если повезет, там уже недолго останется лежать.
У Роза перехватило дыхание. Он открыл рот, что-то пытаясь сказать, но не смог.
- Вот так… - сказал Бар и хмыкнул. - Прости.
- Нет! - просипел Роз. - Нет! Надо перепроверить, не может быть такого! Ты же совершенно здоров!
- Уже проверяли, - голос Бара дрогнул.
Роз схватился за голову. В ушах стучало. Откинув одеяло, Роз перебежал комнату и залез к Бару под одеяло.
- Ты чего? - удивился Бар.
- Ты не можешь умереть! - сказал Роз так убедительно, как только смог. Как будто от его слов и не от чего более зависело здоровье Бара. - Я не хочу! Не надо!
Бар рассмеялся, притянул Роза к себе за голову и взъерошил его волосы.
- Ты не можешь, Роз. Роз… - Бар обхватил ладонями голову Роза и посмотрел ему в глаза. - Я не хотел. Оно просто случилось. Понимаешь, херня, она случается и все тут. Просто так и регулярно. И все равно надо жить дальше. Мне, пока у меня еще есть такая возможность, тебе, пока ты живешь и кто-то еще может сделать твою жизнь внезапно лучше и легче.
Роз прижал к себе Бара крепко и закрыл глаза. Плечи задрожали. Бар пах сосновой смолой, потому что дезодорант использовал дурацкий, с дурацким названием “хвойный”. Роза всегда бесил этот запах, а теперь он понял, что не понимает, как без него сможет жить. И как хочется, чтобы запах этот и Бар вместе с ним были всегда и никогда, никогда в жизни не прекращались.
- Не думай о будущем, - сказал Бар тихо и поцеловал. Роз вздрогнул, обнял Бара крепко до боли и повалил на подушки, целуя так жадно, как будто ни одного поцелуя больше ему в жизни не достанется.
Проснулся Роз один. Серый свет лился из окон. Бара в комнате не было, не было его вчерашних джинсов, его пиджака и его ботинок. Бара не было. Роз сел резко на кровати, слушая как оглушительно бьется в груди сердце, как до боли сковало чем-то грудь. Бара не было. Он не чувствовал его больше. Ушел. Куда? Быть может на тот же чертов утес.
- Нет, нет, нет… придурок, ты не мог, - трясущимися руками подбирая одежду, Роз принялся быстро одеваться, не зная, что делать дальше. Куда бежать? Где искать его, надеясь суметь найти, надеясь растянуть время с ним хотя бы на эти чертовы два месяца.
Открылась дверь душа и на пороге встал улыбающийся, синеглазый Бар. Роз встал перед ним, широко раскрыв глаза, обессиленно опустил руки и улыбнулся дурацкой, счастливой улыбкой. Тут Бар поднял руку и выстрелил Розу в лицо.
 
Вокруг мир менялся так быстро, что казалось, что вокруг сменяются миры. Не верилось, что привычная, старая и неизменная планета могла так быстро измениться, предав безжалостно своих бессмертных обитателей.
Рыжий открыл глаза.
- Ублюдок, - прохрипел он.
Синеглазый рассмеялся. Он сидел рядом на полу. На его щеке мелкими крапинками виднелись брызги крови.
- Согласись, на этот раз я успел первым. Как тебе это пришлось? Представь, а что если я и правда бы…
Рыжий поднял руку, схватил То за воротник, притянул к себе и поцеловал. Синеглазый рассмеялся сквозь поцелуй и обхватил его за шею. Рыжий, крепко, отчаянно обнял То, подмял его под себя, и целовал так, как будто никогда больше не придется, ведь несколько десятков лет, оставленные этим миром двум последним божкам, могут пролететь безжалостно быстро.

Добавить комментарий